Стихи о реке

Как у Волги, у реки, у реки
На заре поют гудки, эх, гудки.
Нету в свете чуда краше,
Это чудо – стройка наша,
широка, высока!

Где бетонный перепад, перепад,
Там турбины зашумят, зашумят,
И в столицах, и в станицах
Наше солнце загорится,
и в лесах, и в степях!..

Ты клади бетон,
поспевай, не зевай,
Ты клади, клади бетон,
да не задерживай!
Запевай, народ,
дело дружно идет!
Эх, на стахановской работе
вся душа моя в полёте!..

Волны пенятся, бегут, эх, бегут,
Разговор друзья ведут, эх, ведут,
Жигулям от Сталинграда
Все ударные бригады
вызов шлют, вызов шлют!

Голос слышится вдали, эх, вдали,
Отвечают Жигули, Жигули:
Мы в труде не уступаем,
Смело вызов принимаем,
не сдадим, не сдадим!

Ты клади бетон,
поспевай, не зевай,
Ты клади, клади бетон,
да не задерживай!
Запевай, народ,
дело дружно идет!
Эх, на стахановской работе
вся душа моя в полёте!..

Золотой у нас народ, эх, народ,
По три нормы выдает, выдает,
Берег левый, берег правый
Соревнуются на славу
все дружней, веселей!

Труд ударный, огневой, огневой
Подымается волной, эх, волной,
Чтоб горели над Отчизной
Ярче зори коммунизма
с каждым днем, с каждым днем!

Дело спорится, идет,
Дело движется вперед…
Гордо встали две плотины над рекой!..

Передо мною горы и река.
Никак к разлуке я не привыкаю.
Я молча, как вершина, протыкаю
Всех этих дней сплошные облака.
Ты проживаешь сумрачно во мне,
Как тайное предчувствие бессмертья,
Хоть годы нам отпущены по смете, —
Огонь звезды горит в любом огне.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.
Когда луна взойдет, свеча ночей,
Мне кажется, что ты идешь к палатке.
Я понимаю, ложь бывает сладкой,
Но засыпаю с ложью на плече.
Мне снится платье старое твое,
Которое люблю я больше новых.
Ах, дело не во снах и не в обновах,
А в том, что без тебя мне не житье.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.
Отвесы гор, теченья белых рек
Заставят где-нибудь остановиться.
Я знаю — будет за меня молиться
Один — и очень добрый — человек.
Огней аэродромная строка
Закончит многоточьем это лето,
И в море домодедовского света
Впадет разлука, будто бы река.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.

Что-то мурлыча вполголоса,
Дошли они до реки.
Девичьи пушистые волосы
Касались его щеки.

Так в речку смотрелись ивы,
И так полыхал закат,
Что глянешь вокруг с обрыва —
И не уйдешь назад!

Над ними по звездному залу
Кружила, плыла луна.
— Люблю я мечтать! — сказал он.
— Я тоже… — вздохнула она.

Уселись на край обрыва,
Смотрели в речную тьму.
Он очень мечтал красиво!
Она кивала ему.

А речь шла о том, как будет
С улыбкой душа дружить,
О том, что без счастья людям
Нельзя, невозможно жить.

Счастье не ждет на пригорке,
К нему нелегки пути,
И надо быть очень зорким,
Чтоб счастье свое найти!

Звенят их умные речи,
За дальней летя мечтой…
А счастье… Счастье весь вечер
Стоит у них за спиной.

Василию Федорову

Пускай не качает она кораблей,
Не режет плечом волну океана,
Но есть первозданное что-то в ней,
Что-то от Шишкина и Левитана.

Течет она медленно век за веком,
В холодных омутах глубока.
И ни единого человека,
Ни всплеска, ни удочки рыбака!

В ажурной солнечной паутине
Под шорох ветра в шум ветвей
Течет, отливая небесной синью,
Намытой жгутами тугих дождей.

Так крепок и густ травяной настой,
Что черпай хоть ложкой его столовой!
Налим лупоглазый, почти пудовый,
Жует колокольчики над водой…

Березка пригнулась в густой траве.
Жарко. Сейчас она искупается!
Но платье застряло на голове,
Бьется под ветром и не снимается.

Над заводью вскинул рога сохатый
И замер пружинисто и хитро,
И только с морды его губатой
Падает звонкое серебро.

На дне неподвижно, как для парада,
Уставясь носами в одну струю,
Стоят голавли черноспинным рядом,
Как кони в едином литом строю.

Рябина, красуясь, грустит в тиши
И в воду смотрится то и дело:
Сережки рубиновые надела,
Да кто ж их оценит в такой глуши?!

Букашка летит не спеша на свет,
И зяблик у речки пришел в волненье.
Он клюнул букашкино отраженье
И изумился: букашки нет!

Удобно устроившись на суку,
Кукушка ватагу грибов считает.
Но, сбившись, мгновение отдыхает
И снова упрямо: «Ку-ку, ку-ку!»

А дунет к вечеру холодком —
По глади речной пробегут барашки,
Как по озябшей спине мурашки,
И речка потянется перед сном.

Послушает ласково и устало,
Как перепел выкрикнет: «Спать пора!» —
Расправит туманное одеяло
И тихо укроется до утра.

Россия степная, Россия озерная,
С ковыльной бескрайнею стороной,
Россия холмистая, мшистая, горная,
Ты вся дорога мне! И все же бесспорно я
Всех больше люблю тебя вот такой!

Такой: с иван-чаем, с морошкой хрусткой
В хмельном и смолистом твоем раю,
С далекой задумчивой песней русской,
С безвестной речушкой в лесном краю.

И вечно с тобой я в любой напасти —
И в солнечных брызгах, и в черной мгле,
И нет мне уже без тебя ни счастья.
Ни песни, ни радости на земле!

В небе тают облака,
И, лучистая на зное,
В искрах катится река,
Словно зеркало стальное…

Час от часу жар сильней,
Тень ушла к немым дубровам,
И с белеющих полей
Веет запахом медовым.

Чудный день! Пройдут века —
Так же будут, в вечном строе,
Течь и искриться река
И поля дышать на зное.

Хорошо здесь утром рано!
В предрассветной тишине
Грузам кланяются краны,
Чуть качаясь на волне.
Над водой кружатся птицы,
Просыпаются гудки.
Пахнет рыбой и пшеницей,
Пахнет лесом
От реки.

Берегов песчаных опояска
В зарослях седого тальника.
Старицу, затянутую ряской,
Навсегда оставила река.
Увела упругое теченье,
Пароходы,
бакены,
плоты…
Спит вода, подёрнутая ленью,
Подпирая травы
Да цветы.

Гружённый доверху добром,
Скрипит и кренится паром.
Колхозы шлют из погребов
В тугих мешках холщовых
Подводы лука и грибов,
Картофель —
для столовых.
Плывут на стройку кирпичи,
Пучки сосновой дранки,
А рядом едут калачи,
Румяные баранки.
Едва разгрузится паром,
Скрипит обшивка снова —
Сверкают плуги серебром,
И он, услышав первый гром,
Спешит убрать швартовы…
Грозит волной
Речной простор,
Но для него, парома,
Дорога эта с давних пор
Привычна
И знакома.

Речка вымерзла до дна,
Подо льдом — пещеры,
Вон пестрят, как письмена,
Блошки-водомеры.

В синей глыбе спит бычок,
Рядом — леска и крючок.
Освещая глубину,
Как волшебный ключик,
Вмёрз в зелёную волну
Золотистый
Лучик…

Я бежал вприпрыжку
Следом за волной
И на дне увидел
Камешек цветной.
В солнечных веснушках,
В красном пояске,
Он сиял, искрился
На речном песке.
От такой находки
Глаз не отвести!
Что же вдруг случилось
С камешком в пути?
На ветру горячем
Камешек потух
И, мелькнув на солнце,
С кручи
в
р
е
к
у
— плюх!..

На речке-невеличке
Мне весело всегда.
Течёт,
течёт водичка,
Сверкает, как слюда.
Звенит струёй студёной.
В овражке под горой,
В густой траве зелёной
Укрылась с головой…
Пускай мала речонка,
Но у неё дела:
Она для пастушонка
Прохладу принесла,
Синицу искупала,
На влажном берегу
Немного поиграла
С ромашкой на бегу.
А в жарком поле дальнем,
Откинув ржавый лист,
Её воды хрустальной
Напился тракторист.
Речушка вьёт колечки,
На камушках дрожит…
Она в большую речку
За именем
Бежит!

Ты не речка, ты — речонка!
Ты — девчонка, не река!
Водопадов вьется челка,
В кольцах маминых рука.

Назови меня, как хочешь,
Я свободна и легка,
Голосочек мой, звоночек,
Слышин всем издалека.

Только, только с гор спустилась,
Тру коленку на бегу,
Я б тебя не отпустила,
Только разве я смогу?

Днём какие были
Звуки у реки!
Громко воду пили,
Чавкая, быки.

Шёл удильщик важно,
Звякая ведром,
И гудел протяжно
Груженый паром.

А ещё мальчишки,
Словно три стрижа,
С деревянной вышки
Прыгали, визжа.

…Вечер наступает.
Гаснут облака.
Молча отдыхает
Сильная река.

Лишь плеснётся щука —
И опять ни звука.

Человек сказал Днепру:
— Я стеной тебя запру.
Ты
С вершины
Будешь
Прыгать,
Ты
Машины
Будешь
Двигать!

— Нет,- ответила вода,-
Ни за что и никогда!

И вот к реке поставлена
Железная стена.

И вот реке объявлена
Война,
Война,
Война!

Выходит в бой
Подъемный кран,
Двадцатитонный
Великан,
Несет
В протянутой руке
Чугунный молот
На крюке.

Идет
Бурильщик,
Точно слон.
От ярости
Трясется он.
Железным хоботом
Звенит
И бьет без промаха
В гранит.

Вот экскаватор
Паровой.
Он роет землю
Головой.
И тучей
Носятся за ним
Огонь,
И пар,
И пыль,
И дым.

Где вчера качались лодки —
Заработали лебедки.

Где шумел речной тростник —
Разъезжает паровик.

Где вчера плескались рыбы —
Динамит взрывает глыбы.

На Днепре сигнал горит —
Левый берег говорит:

— Заготовили бетона
Триста тридцать три вагона,
Девятьсот кубов земли
На платформах увезли.
Просим вашего
Отчета:
Как у вас
Идет работа?

За Днепром сигнал горит —
Правый берег говорит:

— Рапортует
Правый берег.
Каждый молот,
Каждый деррик,
Каждый кран
И каждый лом
Строят
Солнце
Над Днепром!

Дни
И ночи,
Дни
И ночи
Бой
С Днепром
Ведет
Рабочий.

И встают со дна реки
Крутобокие быки.

У быков бушует пена,
Но вода им по колено!

Человек сказал Днепру:
— Я стеной тебя запру,

Чтобы,
Падая
С вершины,
Побежденная
Вода
Быстро
Двигала
Машины
И толкала
Поезда.
Чтобы
Столько
Полных
Бочек
Даром
Льющейся
Воды
Добывали
Для рабочих
Много хлеба
И руды.

Чтобы
Углем,
Сталью,
Рожью
Был богат
Наш край родной,
Чтобы солнце
Запорожья
Загорелось
Над страной!

Чтобы
Плуг
По чернозему
Электричество
Вело.
Чтобы
Улице
И дому
Было
Вечером
Светло!

Меж болот из малого колодца
Ручеёк, не умолкая, льётся.

Неприметен чистый ручеёк,
Не широк, не звонок, не глубок.
Перейдёшь его через дощечку.
А глядишь — ручей разлился в речку,
Хоть местами речку эту вброд
И цыплёнок летом перейдёт.

Но поят её ключи, потоки,
И снега, и ливни летних гроз,-
И течёт она рекой широкой,
Разливается в спокойный плёс,
Пенится под плицами колёс.

Перед нею путь большой и долгий —
Из лесного края в край степной.
И зовут её рекою Волгой —
Матушкой, кормилицей родной.

Волга — рекам родины царица.
Ни одна не может с ней сравниться.

Высятся над Волгой города.
На волнах качаются суда,
Носят много дорогого груза.
А у Волги есть сестра — Вазуза.
Вьётся Волга, а её сестра
Напрямик течёт, крута, быстра.
Меж камней бурлит она в дороге,
Сердится, катясь, через пороги.
У сестёр-красавиц с давних пор
Был такой между собою спор:
Кто из них сильнее и быстрее,
Кто из них умнее и хитрее?

И тянулась тяжба долгий век
У сестёр — у двух соседних рек.
Ни одна не уступала в споре.
Наконец решили: — Ляжем спать,
А проснувшись, побежим опять.
Кто скорее добежит до моря,
Ту и будем старшею считать!

Вот зима постлала им постели
Под широкой крышей ледяной.
Шубою накрыли их метели,
Белою одели пеленой.

Но Вазуза пробудилась рано
Под покровом вешнего тумана
И сестру решила обмануть:
Собралась, да и пустилась в путь.
Говорит: -Прощай, сестрица Волга,
Нежиться во сне ты будешь долго.
Я же той порой по холодку
От тебя подальше утеку,
Выберу дорожку попрямее
И до моря добежать успею!

Пробудилась Волга в свой черёд.
Над собой взломала синий лёд,
Разлилась в полях среди простора,
Напилась холодных вешних вод
И пошла не тихо и не скоро,
Не спеша, не мешкая, вперёд.

Хоть она весной проснулась поздно
И путём извилистым текла,
Но сестру свою догнала грозно,
Гневная, к Зубцову подошла.

И Вазуза, с Волгою не споря,
Просит донести её до моря.
Ей самой, усталой, не дойти —
Не собрала силы по пути.

Что ж, сестра родная — не обуза.
Две реки в пути слились в одну.
С той поры шумливая Вазуза
Будит Волгу каждую весну:

— Просыпайся, старшая сестра,
Пробираться к морю нам пора!..

Гонят волны Волга и Вазуза,
Две реки Советского Союза.

Говорит молва, что до сих пор
У сестёр не утихает спор.
Спорят реки Волга и Вазуза,
Спорят с Доном, Обью и Двиной:
Кто из них подымет больше груза,
Больше рыбы даст земле родной,
Кто прогонит летом больше сплава…

Всем советским рекам — честь и слава!

← Предыдущая Следующая → 1 2 3 4 5
Показаны 1-15 из 71