Стихи про Олю

Покатилось, покатилось
Олино колечко,
Покатилось, покатилось
С нашего крылечка,
Покатилось
Колесом,
Притаилось
За кустом.

Кто с крылечка
Сойдет?
Кто колечко
Найдет?

— Я! — сказала кошка.
Подожди немножко,
А сейчас я не могу:
Мышку в норке стерегу!

Покатилось, покатилось
Олино колечко,
Покатилось, покатилось
С нашего крылечка,
Покатилось
Вкривь и вкось
И на землю улеглось.

Кто найдет колечко
Около крылечка?

— Я! — сказала курица. —
Стоит мне прищуриться,
Я вам семечко найду
На дворе или в саду.
И кольцо найти я рада,
Да цыплят кормить мне надо,
А цыплята — вот беда! —
Разбежались кто куда!

— Го-го-го! — гогочет гусь. —
Погоди, пока вернусь.
Я поплаваю в пруду,
А потом искать пойду!

— Бе-е! — заблеяла овечка. —
Я нашла бы вам колечко,
Отыскала бы давно,
Да не знаю, где оно.

— Я найду! — сказал индюк. —
Только стал я близорук,
А для нас, для индюков,
Не придумано очков.
Укажите мне местечко,
Где запряталось колечко,
Постараюсь я найти
И хозяйке принести!

Кто ж найдет колечко
Около крылечка?
— Я найду! — трещит сорока. —
Я, сорока, быстроока.
Нахожу я ложки,
Брошки и сережки.
Только все, что отыщу,
Я домой к себе тащу!

Не ищи кольца, сорока,
Не старайся, белобока!
Наша Оленька мала,
А сама искать пошла

Потихоньку, помаленьку
Со ступеньки на ступеньку,
По тропинке вкривь и вкось.
Тут колечко и нашлось.

Воротилась, воротилась
Оля на крылечко,
А на пальчике светилось
У нее колечко.

Эльга, Эльга! — звучало над полями,
Где ломали друг другу крестцы
С голубыми, свирепыми глазами
И жилистыми руками молодцы.

Ольга, Ольга! — вопили древляне
С волосами желтыми, как мед
Выцарапывая в раскаленной бане
Окровавленными ногтями ход.

И за дальними морями чужими
Не уставала звенеть,
То же звонкое вызванивая имя,
Варяжская сталь в византийскую медь.

Все забыл я, что помнил ране,
Христианские имена,
И твое лишь имя, Ольга, для моей гортани
Слаще самого старого вина.

Год за годом все неизбежней
Запевают в крови века,
Опьянен я тяжестью прежней
Скандинавского костяка.

Древних ратей воин отсталый,
К этой жизни затая вражду,
Сумасшедших сводов Валгаллы,
Славных битв и пиров я жду.

Вижу череп с брагой хмельною,
Бычьи розовые хребты,
И валькирией надо мною,
Ольга, Ольга, кружишь ты.

Тот клятый год уж много лет, я иногда сползал с больничной койки.
Сгребал свои обломки и осколки и свой реконструировал скелет.
И крал себя у чутких медсестёр, ноздрями чуя острый запах воли,
Я убегал к двухлетней внучке Оле, туда, на жизнью пахнущий простор.
Мы с Олей отправлялись в детский парк, садились на любимые качели,
Глушили сок, мороженое ели, глазели на гуляющих собак.
Аттракционов было пруд пруди, но день сгорал, и солнце остывало,
И Оля уставала, отставала и тихо ныла: «Деда, погоди».
Оставив день воскресный позади, я возвращался в стен больничных гости,
Но и в палате слышал Олин голос: «Дай руку, деда, деда, погоди…»
И я годил, годил, сколь было сил, а на соседних койках не годили,
Хирели, сохли, чахли, уходили, никто их погодить не попросил.
Когда я чую жжение в груди, я вижу, как с другого края поля
Ко мне несется маленькая Оля с истошным криком: «Деда-а-а, погоди-и…»
И я гожу, я все еще гожу и, кажется, стерплю любую муку,
Пока ту крохотную руку в своей измученной руке ещё держу.

Попивая «чаёк из Барвихи»
На манер москворецкой купчихи
И крутя молодые усы,
Что ей бог даровал для красы,
Восседала прелестная Оля,
Идеал генерала де Голля,
И, свою самописку мусоля,
Сочиняла статьи обо мне
И моей знаменитой родне.
»Как велик и прекрасен Корней
В замечательной книге своей,
За которую каждая мать
Рада-рада его обнимать,
Но которую критик нахальный
До сих пор не признал эпохальной!
Да, кто счастие хочет найти
Пусть читает «От 2 до 5».

Сколько там гениальных открытий:
Что ребёнка купают в корыте,
Что равно и в лесу, и в степи
Говорят все ребята «пи-пи»,
Что не может любимого сына
Прокормить своей грудью мужчина
И что дети умней во сто крат,
Чем какой-то плюгавый Сократ».

К другу детства всем сердцем мирволя,
Восклицала прелестная Оля:
«Лишь ничтожная злая амёба
Не поймет, что «Балтийское небо»
Есть творенье такого ума,
Прeд которым Золя и Дюма
Просто жалкие горе-умишки,
Наподобье Катаева Мишки».

А потом забряцала на лире,
Воспевая «Миклуху в Сибири»,
И скорбя всей душой о Шевченке,
Что с Житковым томился в застенке,
И приветствуя мудрый трактат,
Коим был посрамлён Госиздат.

В том трактате несчастный Панфёров
Беспощадно зарезан, как боров,
Но зато выше всякого Кафки
Был воспет ослепительный Хавкин.

О, как тонко заметила Лида,
Что Тушкан – это гнусная гнида,
Что редакторы дурни и дуры,
Не умеют держать корректуры!
И что всякий редактор ишак,
Если он не такой, как Маршак.
Не оставлена лирою Оли
И жена знаменитого Коли,
Та, которую в Индии Ганди
Пригласил посидеть на веранде
И которую Джавахарлал
Каждый вечер взасос целовал.

О, коварный и ветренный Неру!
Он её завлекал на квартеру,
Но сыну Корнея она
Осталась навеки верна.

…………………………

Тут вдруг Олечка бросила лиру,
Что-то нам бормоча для блезиру,
Потому что совсем невзначай
Стал магически действовать чай.

Новые ясли открыты у нас,
В ясли придут
ребятишки сейчас.
В комнатах светлых
кроватки стоят
В эти кроватки уложат ребят.

Держится Миша
за мамин подол –
Миша заплаканный
в ясли пришел.
Оленька смело гуляет одна,
В ясли сама прибежала она.

Чище умойся, воды не жалей –
Будут ладошки от мыла белей.
Вкусную травку коровы едят,
Много дадут молока для ребят.

Стали ребята обедать в саду,
Будут сегодня оладьи в меду.
Новенький пролил
своё молоко,
Жалко, что киска
сейчас далеко.

В поле кузнечики
звонко трещат.
Спать в холодке уложили ребят.
Толстенький Петя
совсем еще мал,
Начал ходить и на травку упал.
Сели ребята играть на песок,
Сделал Сережа высокий пирог.
Оленька весело в яслях живет,
Любит плясать
и водить хоровод.

Вот наступила седая зима,
Белые шапки надели дома.
Новые санки по снегу скрипят.
В ясли на ёлку позвали ребят.

Встали ребята
в широкий кружок,
Кто-то на ёлочке свечи зажёг.
Оленька смело
выходит вперед,
Беленький зайчик куклу дает.

Каждый подарку хорошему рад.
Весело в яслях у наших ребят.

Это Оленьке известно:
Что взяла, клади на место!
Только девочка мала:
Забывает, где взяла.

На кроватку ставит кружку,
На паркет кладет подушку,
Прячет ботики в буфет.
Всё на месте или нет?

Если мама промолчала,
Надо делать всё сначала:
На буфет нести подушку,
На паркет поставить кружку,
Сунуть ботики в кровать…
Кажется, не так опять?

Оля смотрит виновато:
Нет, стояло всё не там…
Помогите ей, ребята,
Всё расставить по местам.

— Хочешь, Олечка, варенье?
Вишня – просто объеденье!
Отвечает ОЛЕЧКА:
— Не хочу нисколечко!
Не хочу его совсем –
Потому что сразу съем!

Ольга, крестница Киприды,
Ольга, чудо красоты,
Как же ласки и обиды
Расточать привыкла ты!
Поцелуем сладострастья
Ты, тревожа сердце в нас,
Соблазнительного счастья
Назначаешь тайный час.
Мы с горячкою любовной
Прибегаем в час условный,
В дверь стучим — но в сотый раз
Слышим твой коварный шепот,
И служанки сонный ропот,
И насмешливый отказ.

Ради резвого разврата,
Приапических затей,
Ради неги, ради злата,
Ради прелести твоей,
Ольга, жрица наслажденья,
Внемли наш влюбленный плач —
Ночь восторгов, ночь забвенья
Нам наверное назначь.